синус
Люди в костюмах ебут друг друга
Ну, во-первых, я спизданул всё, что плохо лежало.

Гул аэропорта привычно застревает в ушах, как затычки которые он подаёт пассажирам, летящим в первом классе. В этом здании найдётся с десяток различных кафе, баров и ресторанов, но Стайлз всегда ходит в одно и то же. Кафе Lucky Strike как обычно встречает приглушённым джазом и почти пустым залом.
– Привет, Эрика,– Стайлз садится за барную стойку и приветливо улыбается светловолосой барменше.
– Привет,– здоровается она в ответ и подпирает рукой подбородок, облокотившись о лакированное красное дерево.
– Скотт куда-то сбежал, а мне больше в кафе пойти не с кем,– Стайлз пробегается глазами по полке с бутылками разных форм и размеров у Эрики за спиной, и почти уверен в том, что безошибочно сможет назвать, где именно стоит Джек, Егермейстер и любой другой напиток. – А что это у тебя абсента нету? Закончился?
– Да, заходила тут вчера веселая компания. Весь день сидели. Утром пришли, видимо у них рейс задержали, вечером всю минералку выпили,– усмехается Эрика с лёгким прищуром, так что в уголках её глаз собираются морщинки.– Мне бы так отдохнуть.
Стайлз берёт в руки ламинированный листок и внимательно читает вдоль и поперёк изученное меню.
– Мне кофе… нельзя. Сок апельсиновый,– он ненадолго замолкает, прислушиваясь к себе,– и чай зелёный. – Он замолкает, снова вчитываясь.
– Сколько можно, Стайлз,– ноет Эрика. – Всегда читаешь, выучил ведь уже все.
– А я вот люблю читать, даже этикетки. Ты не любишь, поэтому у тебя всегда лицо скучное. Нужно читать,– поучительным тоном сказал Стайлз. – Есть какие-нибудь новости в Бикон Хиллз?
– Посмотри на меня, по-твоему я похожа на человека, который интересуется новостями?— Эрика приподнимает одну бровь, и Стайлз приглядывается, замечает синяки под глазами, мятую белую рубашку и слегка размазанный макияж.
– Ты сколько лет не спала? — он пытается пошутить, но тут же говорит с беспокойством — Может, все-таки наймешь себе помощника? А то умрешь на своей работе, тебя никто искать не будет.
Эрика только усмехается в ответ:
– Новостей хочешь? Вот и читай газеты.
– А мне некогда. Я то в одном городе, то в другом. Только этикетки читать и успеваю,– задумчиво отвечает Стайлз и разворачивается лицом к залу. Его взгляд падает на угрюмого посетителя за столиком в углу. Тот будто чувствует это и поднимает глаза, так что они несколько мгновений молча смотрят друг на друга.
– Привет,— медленно произносит Стайлз.
– Привет,— слегка удивленно бурчит незнакомец.
– Что-то я устал,– Стайлз поворачивается обратно к Эрике,– как будто два самолета подряд работал. Я вон там буду, туда мне ужин принесёшь,- он указывает на столик у стены напротив. –У тебя шумно так, никого нет, а всё равно шумно,– зачем-то добавляет он, отходя от стойки.
Незнакомец заинтересованно смотрит. Он закуривает сигарету и продолжает пить виски. Наверное, это виски, думает Стайлз. Угрюмые незнакомцы всегда пьют виски.
– Если вы напьетесь, то вас на борт самолета не пустят,– громко говорит Стайлз.
– А мне еще долго своего рейса ждать,– отвечает незнакомец.
Эрика, цокая лакированными туфлями, приносит заказ и перед тем, как уйти обратно к стойке, ухмыляется.
– Салфетки кончились,– говорит Стайлз сам себе, а затем, чуть громче,– салфетки кончились! Эрика!
– Что ж ты так орешь-то?— спрашивает незнакомец.
– Привычка, самолет, когда взлетает, заглушает голос,– громко и быстро отвечает Стайлз, потом, чуть помедлив, спрашивает, – или это был риторический вопрос?
Незнакомец молчит. Выпив остатки виски, Стайлз все еще уверен, что это именно виски, он подходит к стойке, заказывает ещё, но уже с колой, берёт салфетки и подсаживается к Стайлзу за столик.
– Спасибо,– благодарит Стайлз.
– Ты же хотел, чтобы я подошел к тебе?– почти улыбаясь спрашивает незнакомец. Стайлз мимолетно осматривает его: густые брови, взъерошенные черные волосы, трехдневная щетина и чёрный свободный свитер, который кажется синим в свете ламп.
– Это вы странный, я всего лишь поздоровался,– невпопад брякает Стайлз.
– Заказать тебе выпить?
– Нет, мне нельзя, я сегодня улетаю.
– Ничего, я тоже улетаю,– говорит незнакомец, но ничего не заказывает. – Ты куда?
– Я? Я… не помню. Вот только что помнил. Забыл,– растерянно отвечает Стайлз. – Я однажды имя своё забыл. Так испугался, хотел скорую вызвать,– говорит он с улыбкой.– Иногда даже не могу вспомнить, где я. Сижу и вспоминаю. Вот прилетел сейчас из города… как же он называется… шумный такой, грязный. Ужасно грязный. Ночевал там.
– В Америке хоть?– с улыбкой спрашивает незнакомец. Все время, пока Стайлз говорил, он улыбался.
– Ну страны-то я еще различаю,– усмехается Стайлз.
Эрика смотрит на них, курит сигареты, все равно вряд ли сегодня будут посетители, и думает о своем. Она включает музыку поромантичней и принимается протирать бокалы. В который раз.


– Болтун,– говорит он.
– Это ты неразговорчивый, наверняка по десять слов в день говоришь,– отвечает Стайлз, внезапно обратившись на «ты» и тут же поправившись.– Вы и самодовольный к тому же.
– Но я же тебе понравился,– замечает Хейл. Такая у незнакомца фамилия. Стайлз только ее успел запомнить.
– Нет. Да,– признался Стайлз.– Мы с тобой увидимся? Я через два дня прилечу. А какое у вас имя? Я только фамилию запомнил.
– Дерек, а как тебя зовут?
– Мне мое имя не нравится. Я его редко использую, поэтому все зовут меня Стайлз. И ты зови меня также,– Стайлз протягивает руку над столом. Новый знакомый в Бикон Хиллз. Дерек.
Дерек.


Только речи его горячи,
Только прочь сомнения, прочь.
Самый звонкий крик - тишина,
Самый яркий свет - ночь.
© Пикник


– Я опоздал,— извиняющимся тоном говорит Дерек, подбегая к фонтану на центральной площади.
– Ничего, я сам недавно пришел,– утешает его Стайлз.
«Неправда.»
–Давно ждал?
–Нет, минут десять, - отмахивается Стайлз.
«Час.»
В Бикон Хиллз пасмурно. Над заснеженным городом висит тяжелое серое небо.


– У тебя тут мило,– говорит Стайлз, оглядывая деревянный особняк изнутри. –А пыль ты специально копишь? На черный день?
– Мне некогда прибираться, работа,– оправдывается Дерек, он проходит на кухню, достёт два бокала и наливает красное вино, купленное по дороге сюда.– Иди в гостиную, там чисто.
В гостиной и правда чисто, настолько чисто, что почти пусто. Только старый диван и плазма.
Некоторое время они сидят и разговаривают, пьют, разговаривают.
– Пойдем в спальню,– прерывает болтовню Дерек.
Стайлз замолкает. Он думает, что через пару часов ему улетать обратно, что он итак придет на работу не выспавшимся, что знал, чем они будут заниматься и хотел этого. Он смотрит на Дерека, берёт его за руку, встаёт, не отводя глаз, и молча тянет его на второй этаж.

–Я сейчас…– почти задыхаясь произносит Стайлз,– ну хватит. Что же ты…
Дерек целует его везде. Дерек сильный, нежный, бесстыдный.

Потом они ещё долго целуются. Стайлз любит поцелуи, наверное, даже больше, чем секс.

Стайлз летает всё теми же рейсами, всё теми же самолётами, но теперь у него есть место, где его точно ждут. Развалившийся, слегка пахнущий гарью особняк становится для него условным домом, а Дерек становится тем человеком, который всегда накроет его пледом, когда он мёрзнет, разводит шипучий порошок от простуды, когда он почти, вот уже почти готов простыть, и тем человеком, у которого всегда найдётся пара поцелуев и крепких объятий, когда кажется, что в жизни сбиты все ориентиры.
–Хватит летать туда сюда. Останься со мной, будем жить вместе, отремонтируем особняк, останься Стайлз,– умоляет его Дерек, в перерывах между поцелуями.– Тебе нужны деньги? Я буду сам тебе их давать, не оставляй меня. Я скучаю каждый раз, думаю, как ты там, с кем ты там. Я ревную, Стайлз. Ревную.


– Вот чем он тебе так понравился? Ммм?– спрашивает Элиссон, разливая напитки по бокалам для пассажиров бизнес-класса.
– Не знаю,– честно отвечает Стайлз, прошлой ночью Дерек опять просил его остаться.
– Ну а чего ты с ним не останешься?
– Не знаю. Я его брошу. Вот соберусь с силами и брошу. Зачем он мне? У меня итак все хорошо. Ему девушка нужна, чтобы любила его, чтобы обеды, ужины готовила, а я что? Я ничего не умею, не уживемся мы с ним. Ну почему его итак все не устраивает? Я его брошу,– повторяет Стайлз.


Мне говорили, что есть те, кто умнее тебя.
Мне говорили, что есть те, кто красивее тебя.
Мне говорили, не понимая одного: что ты, человек мой, в жизни моей,
душе моей, судьбе моей, сердце моем не выше всех остальных людей.
Ты выше всех сравнений.
© Аль Квотион. Запчасть Импровизации


Без тебя, я болтаюсь по этим улицам, будто пиджак без пуговиц на плечах у Бога, который живет в твоей голове, а ты из моей не выходишь, и в целом все получается как-то странно.
© Олег Барабаш





 

@темы: в процессе